На правах рекламы:

DELLA грузоперевозки из малайзии в Турцию найти попутный




Даниил Страхов в авторской программе Вадима Верника «Кто там...»

Вадим Верник: - Добрый вечер! Сегодня у нас в программе Даниил Страхов. Актёр талантливый, популярный, но очень закрытый. Я побывал у Даниила дома в гостях. Наш разговор получился откровенный и достаточно неожиданный.
Эта осень стала для актёра Даниила Страхова временем больших премьер. На экране – многосерийный телефильм "Исаев", где он сыграл главную роль, а в театре - спектакль "Варшавская мелодия" по знаменитой пьесе Леонида Зорина. Премьер и в театре и в кино могло быть и больше – Страхов очень востребован, однако к выбору ролей, к материалу и к режиссёрам, с которыми ему приходится работать он относится крайне избирательно. Ему вообще свойственна гиперответственность. И порой не понятно, в плюс это ему, как актёру или нет. Обо всём этом – об успехах и неизбежных разочарованиях наш сегодняшний разговор с Даниилом Страховым.

Отрывок из фильма "Исаев":
Исаев: - Для меня главным всегда было моё дело. Оно требует всей моей любви, всего сердца, ума. Иначе буду делать его в полсилы. Тогда незачем огород городить.

Даниил Страхов: - Для меня это вообще уникальная вещь, когда я смог в течении полутора лет нигде больше не работать нигде больше не сниматься, даже не играть в театре, - так получилось. В данном случает так было правильно. Было вообще 100% погружение в материал, в одного персонажа, в одного режиссёра, в одну съёмочную группу. И, несмотря на то, что у меня был… не каждый съёмочный день был мой, но я больше ничем не занимался. И получал от этого большой кайф. Мне кажется, что сейчас мало, кто может себе это позволить. В силу того, что таких проектов можно перечесть по пальцам. И таких, соответственно заглавных персонажей тоже.

Отрывок из фильма "Исаев":
Исаев: - Голод, разруха.

Ванюшин: - Я спрашиваю Вас не как журналиста.

Исаев: - А я отвечаю Вам не как журналист. Тяжело там. У детей лица стариков. Какая-то всеобщая усталость и безразличие.

Вадим Верник: - А скажи, ты не хотел позвонить Тихонову и познакомиться с ним, поговорить, когда работал над ролью Исаева?

Даниил Страхов: - Такие мысли в моей голове иногда возникали, не спорю. Но делать этого я не стал. По одной простой причине – потому что мне показалось, что это будет не культурно с моей стороны. Что это будет, как сказать? Что это будет некая форма , некая форма навязчивости с моей стороны, бестактности по отношению к человеку, который, как я знал, устал разговаривать на тему 17МВ уже давно.

Отрывок из фильма "Исаев":
Вальтер: - Вы можете отказаться, но в Центре настаивают. Наши считают, что в перспективе самый опасный враг – Германия.

Исаев: - Я, Вальтер, всё понял. Вы идите. Я очень хочу спать.

Вадим Верник: - С Даниилом Страховым мы знакомы давно. Он был героем одного из первых выпусков программы "Кто там?". С тех пор прошло 10 лет. Мне показалось интересным вспомнить некоторые его высказывания с десятилетней давности и сравнить их с сегодняшними размышлениями артиста.

Съёмка 1999 года.
Д.С.: - Я Дракон и одновременно Рыба. Наверное этим определяются все свойства моего характера. То есть, весь мой максимализм, как ты выражаешься, он сводится на нет на самом деле моей мягкостью, рыбьей какой-то, в чём-то пассивностью, домашнестью, ленивостью, с чем я бесконечное количество времени борюсь.

Даниил Страхов: - По большому счёту больше 3-4 лет, если говорить про штатную работу, то я нигде не задерживался, но я, скажем так, просто по-другому отношусь к трудовой книжке и к  месту работы в принципе.

Отрывок из фильма "Исаев":
Прибылов: - Играете что ль?

Исаев: - Пока примериваюсь.

Даниил Страхов: - У меня в голове как-то всегда было понимание того, что в этой профессии работать на пенсию как-то странно. Всё равно не получится. Потому что либо ты будешь работать, либо ты не будешь работать, а уж что там с твоей пенсией будет, это ещё эге-гей. Надо дожить, а сколько платят нашим пенсионерам…Господи, всем же известно. Так что, надо попытаться хотя бы в чём-то быть честным по отношению к тому, что ты делаешь.

Отрывок из фильма "Исаев":
Гиацинтов: - А вы как считаете, Максим Максимыч?

Исаев: - Я считаю, что вопросы морали каждый решает сам. И в Вашей профессии, и в моей.

Отрывок из спектакля "Петербург":
Аблеухов: - Мелькнула перед Николаем Аполлоновичем любовь этой несчастной осени, словно отрываясь от памяти разговоров о революции, эволюции, вся жизнь взлетела и упала перед ним, словно и не было её. Вместо жизни начиналась некая пустота.

Даниил Страхов: - Я одновременно со своей этой своей независимостью такой я получаю от неё такое большое удовольствие, но на самом деле это такое добровольное заточение, которое несёт в себе очень много печальных сторон. Потому что мне действительно не хватает общения, мне не хватает друзей, мне не хватает открытых эмоций по отношению к людям. Мне всего этого не хватает. Но я для себя понял, что у кого-то так, у кого-то полно друзей и они себя дарят всем, распыляют направо и налево и это их жизнь. А у меня по-другому.

Вадим Верник: - У меня тоже впечатление, что ты человек – такой норы.

Даниил Страхов: - Норы, да. Но в эту нору иногда заползают товарищи. Правда, редко. Редко. Но как-то так складывается всё. Я эту нору сам как бы. Она у меня зарастает эта нора. Потом я начинаю её раскапывать, чтобы кто-то мог туда пробраться. Туда кто-то приходит в гости, в эту нору.

Вадим Верник: - Куда туда? Мы сейчас у тебя дома находимся.

Даниил Страхов: - Но ты всё-таки выдал военную тайну. Но вот, ты один из немногих людей, и единственный, пожалуй, из телевизионщиков, единственный, кто имеет сюда доступ и уж тем более вместе с камерой. Сколько раз в году ты бываешь у меня в гостях, несмотря на то, что мы живём рядом? Вот тебе ответ на вопрос. Понимаешь, что тут поделаешь?

Отрывок из спектакля "Петербург":
Аблеухов: - Мы суетимся всё, скачем песчинками по ветру, нет времени для полёта.

Съёмка 1999 года:
Д.С.: - Иногда нужно принимать решения, когда у тебя нет запасных путей. У меня их нет. Я по-другому поступить не мог. Это, скорее не выбор, а это ощущение, как это сказать? Я просто по-другому не могу поступить и всё.

Вадим Верник: - Таких решений, неоднозначных для окружающих и единственно верных для самого актёра в его жизни было немало. Уходя из театра им. "Гоголя", где он проработать без малого два года. Потом разрыв отношений с театром на Малой Бронной после печально известного скандала директора театра с тогдашним главным режиссёром Андреем Житинкиным. Страхов был занят только в его спектаклях, которые администрация изъяла из репертуара и он предпочёл уйти. Наконец, история с театром Ленком, куда Марк Захаров пригласил Страхова репетировать главную роль.

Вадим Верник: - Я не представляю ни одного актёра, который бы который отказался и не пошёл играть Вадима Дульчина в "Последней жертве".

Даниил Страхов: - Ну, честно сказать, я как-то боюсь кого-то обидеть в этом смысле. Все эти люди уважаемые мной. Но я просто не увидел себя в этом актёрском раскладе, скажем так. Ну не увидел я себя там. То есть, мне как-то так показалось, что там должен быть артист постарше и как-то… что я буду там как-то ни к селу, ни к городу. Постольку, поскольку, когда с Марком Анатольевичем мы стали это обсуждать, я не услышал тех аргументов, которые могли бы меня убедить в обратном, то я предпочёл не ввязываясь в такой подробный репетиционный процесс, вовремя сказать: "Большое спасибо", нежели чем мучить себя, вводить в заблуждение его и потом всё равно соскакивать с этой подножки, понимая, что всё-таки я был прав.

Отрывок из спектакля "Варшавская мелодия":
Виктор: - Не хочу отступать! Я не хочу отступать!

Гелена: - Я боюсь!

Виктор: - А я не боюсь.  Вот этот поступок с Ленкомом, он действительно показательный. Это проявление твоей внутренней свободы или наоборот, неуверенности в себе?

Даниил Страхов: - Я думаю, и туда, и сюда. Я думаю, что это две стороны одной медали. Потому что, я как бы не скажу, что я очень гармоничный человек. Меня всего корявит и корёжит постоянно. Я пытаюсь расправить плечи и как-то взлететь этой птицей, но как-то больше крючит. Вот в каком-то постоянном самоощущении желания эту гармонию в себе найти и какой-то внутренней неспособностью на это, вот в этом диалоге с самим собой я и пребываю всё время. Поэтому общаюсь всё меньше и меньше с людьми. Потому что это увлекательный процесс.

Съёмка 1999 года:
В.В.: - У тебя необычная фамилия Страхов. Вот чувство страха тебя преследует?

Д.С.: - Чувство страха? Ты знаешь, во-первых, это такая штука на самом деле не только в Страхове, но у меня и имя соответствует моей фамилии.  Постольку, поскольку Даниил – это страх Божий. То есть, получается Страхов в квадрате. Тут уже не известно, кто кого боится, понимаешь? Я скажу так. Раньше я много чего боялся. Сейчас я боюсь очень немногих вещей и они главным образом касаются даже не меня, а скажем так, окружения моих близких. Я очень боюсь потерять моего любимого человека. Больше всего на свете боюсь. Я боюсь… как это сказать? Боюсь не смочь дать ей того счастья, на которое она в праве рассчитывать.

Даниил Страхов: - Но это ты у Маши спроси по поводу счастья: рассчитала она или не рассчитала. Получилось или не получилось.

Отрывок из спектакля "Варшавская мелодия":
Виктор: - Прости, но я всё равно тебя сделаю счастливой. Я сделаю всё, чтобы твой страх прошёл, чтобы ты никогда ничего не боялась. Я буду беречь тебя днём и ночью.

Даниил Страхов: - Но если мы 10 лет вместе, значит всё не так плохо. С другой стороны, наверное есть какие-то обременительные при всём при том, вещи, которые составляют наше житьё-бытье. Но это туда, в ту комнату.

На репетиции спектакля "Варшавская мелодия":
Даниил Страхов: - Даже раньше сейчас пришёл, чем надо.

Вадим Верник: -  Совсем недавно Даниил Страхов возвратился в театр на Малой Бронной. Его пригласил нынешний руководитель Сергей Голомазов, с которым Страхов уже не раз встречался в работе.

Даниил Страхов: - Как раз эта ситуация возвращения на Малую Бронную показывает, что так или иначе, но в одну реку можно ступить дважды. Но что было бы, если бы эти 5 лет, или сколько там прошло, я провёл бы в этих стенах, мучаясь и сидючи без ролей, или играя то, что мне не нравится? Раз и вот случилось так, что Голомазов и Бронная встретились за моей спиной, да ещё и меня на троих позвали. Прекрасно.

Отрывок из спектакля "Варшавская мелодия":
Виктор: - Я ждал 10 лет чего? Неизвестно зачем. Неизвестно. Я знал, что тебе не надо звонить! Я знал. Ну как же я мог тебе не позвонить, я же всего лишь человек Геля!

Гелена: - Который не волен в своих поступках. Я поняла.

Виктор: - Да, да, так сложилась жизнь! А жизни надо смотреть в лицо, Геля. И если я сейчас стараюсь не заорать, это не значит, что мне это так просто…

После премьеры спектакля "Варшавская мелодия".
Вадим: - Ну я тебе хочу сказать, что это достойное возвращение.

Даниил: - Ну это как бы не как возвращение, просто работа, как ты всегда говорил. Ну ладно.

Вадим: - Это здорово.

Даниил: - Ты светишься. Светишь в меня. Я стесняюсь.

Вадим: - Чего стесняешься?

Даниил: - Ну чего, я такой сейчас разгорячённый. Скажу тебе какую-нибудь глупость, понимаешь. Я пойду тогда. Ладно? Можно? Можно?

Вадим: - Можно.

Съёмка 1999 года:
Д.С.: - Разобрался с самим собой. У меня есть цель. У меня есть средства. У меня есть дорога, по которой должен идти.

Вадим Верник: - То есть, сейчас легко переходишь в другое пространство? На сколько я знаю, сейчас репетируешь в театре им. Ермоловой спектакль "Дядюшкин сон" Достоевского.

Даниил Страхов: - Вот мы сейчас с тобой коснёмся очень сложной темы, потому что у меня есть такое ощущение, что я не буду репетировать этот спектакль.

Вот. В очередной раз воскликнул Даниил Страхов.

И в очередной раз мы с тобой касаемся этой темы какой-то моей неусидчивости. После выхода "Варшавской мелодии" я тут сидел 3 дня. Сидел, сидел и высидел то, что не могу…Вот не могу. Что-то как бы, надо копить. То есть, внутри нечем работать. Я на эту тему буду разговаривать Анной Каменковой и наверное придётся поговорить на эту тему и с Андреевым, потому что в общем… Это необходимо сделать, чтобы по крайней мере попытаться после себя оставить если не совсем позитивное, - позитивное уже не получится оставить после себя ощущение, но по крайней мере, хоть как-то постараться его отбелить. Ну вот так вот бывает. Иногда, когда ты понимаешь, что ты лопнул, что тебе нужно остановиться, что нельзя бежать дальше. Актёрская профессия она, конечно вся в ногах и не нужно останавливаться. Но это не значит, что нужно себя загонять за Можай. Иногда так можно превратиться в загнанную лошадь.

Отрывок из спектакля "Варшавская мелодия":
Виктор: - Нет, Москва – это беличье колесо. Каждый раз не хватает свободного времени. Каждый раз. А впрочем, это может быть и хорошо.

Вадим Верник: - В программе "Кто там?" только звёзды и те, кто завтра ими станет. До встречи.