На правах рекламы:

Дсм модем СИМЕНС siemens.world.




Даниил Страхов в программе «Курс личности»

Здравствуйте, это программа «Курс личности». Я – Илья Роговин и сегодня курс на Даниила Страхова. «Коламбия Пикчерс» не представляет, на что способны российские киношники. В бывших цехах шарико-подшипникового завода, по простому, «на шарике» они сериалы снимают в промышленных масштабах. Первый американо-российский проект «Бедная Настя» родился именно здесь. Пять лет назад на этом «шарике» день и ночь вертелся Даниил Страхов. Он же – барон Корф. Наше телемыло варили по заокеанским стандартам – пять серий в неделю. 42 тонны оборудования, 800 костюмов, бюджет почти 12 миллионов долларов - впечатляющая арифметика. Жадный до впечатлений Даниил Страхов, семь месяцев аристократом ходил. Изнурительный марафон с гарантированным призом на финише.

Страхов: - Конечно, любой артист хочет, чтобы его роль получилась. Любой артист хочет быть известным. Иначе бы он в артисты не пошёл. Никто не ожидал, что «Бедная Настя» возымеет такой успех и действительно собаки и кошки тыкали лапами и говорили: «Барон Корф». Ну все, все, кому не лень… С одной стороны, конечно вдруг нежданно-негаданно обрушившаяся слава не могла не быть приятной в первое время, но некое понимание того, что на тебе теперь стоит большой, жирный штамп и что делать с этим дальше? Все эти мысли не могли не приходить в голову. Но теперь я понимаю сколько мне это с одной стороны дало и сколько это у меня отняло: сил, невозможности оценить. Как бы как ты бежишь-бежишь, ты уже задыхаешься, но ты не можешь остановиться потому что тебе нужно добежать до ленточки. »

- На старт, внимание, марш в отдел научной литературы. Кто бы знал, что жизненный забег Даниила актёрством закончится! Он ведь мог лучшие годы в библиотечных фондах провести. Как папа этнолингвист, посвятил бы себя лексикологическим изысканиям в эпосах славянофилов. Или по стопам бабушки-аэролога пошёл. Изучал бы верхние слои атмосферы  и особенности активнометрического зондирования. С мамой-психологом гештальттерапевтом по душам бы разговаривал. Физиологическая и психическая реальность процессов в мозге связаны друг с другом отношениями изоморфизма. Чем не темы беседы за ужином? Да учения свет Даниилу глаза резал. Спасался в тёмных подворотнях и сомнительных компаниях.
Страхов: - Мои отец и мать разошлись, когда мне было 6 лет. Никто никого, ни в чём, так сказать, не винит, не обвиняет. Так получилось, что бабушка и дедушка, в общем, были моими вторыми родителями. Это не значит, что до этого я с мамой вообще не виделся, нет мы поддерживали отношения. Я думаю, что её профессия мешала нам в некоем так сказать, родственном общении. Действительно был таким в общем-то книжным мальчиком, который жил у бабушки с дедушкой и учился, учился и учился до определённого момента. Как только мне стукнуло 15 лет, я сорвался с катушек: начал гулять по ночам, курить… В общем у меня началась какая-то раздольная, русская жизнь, которой, собственного говоря, тогда дышали все. Какие-то тусовки в подземных переходах, портвейн в подъездах. Я всё это вспоминаю с какой-то большой теплотой, при всём том, что тусуясь, с какими-нибудь хипарями, я никогда не был своим «в доску». Я за всем за этим наблюдал, но всё равно чуть-чуть со стороны. Наверное во многом, это моя какая-то разновекторность интересов, явилась отражением того, что я очень поздно начал осознавать себя как самостоятельно мыслящую единицу.

- Самостоятельно мыслящим единицам за партами не место. В школе самоопределения свободу не ограничивают и фантазию поощряют. В этой школе даже своя конституция: каждый гражданин имеет полное право действовать по своему усмотрению. Гуманитарий Страхов действовал решительно: физику и химию из расписания вычеркнул в пользу большого искусства. В школьном театре «Фантазия» вместо унылых формул роли зубрил. И никаких родителей к директору. Родителей – на премьеру!

Страхов: - Я ходил в какой-то пилотной, лётчицкой куртке времён Великой Отечественной войны, от которой отпадали куски. В ней же я играл. То есть, как бы эта граница между жизнью и театром была абсолютно условной. Играл, как помню, кота в пьесе «Дракон». Вот такой был кот в разваливающейся кожаной куртке, с длинными вот таким волосами… То есть, как сказать, я всегда был цевилом, если брать такую градацию, на грани с мажористостью. Но при всём при том, я не вижу никакого в этом противоречия. Всё было как-то очень гармонично. И в 97-м, заканчивая школу, вы понимаете, это были саамы раздолбайские года нашей современной истории, образовательная составляющая лично для меня была на последнем месте. Мне тогда казалось, что сдать экзамены в актёрский гораздо легче, чем поступить в МГУ. Мне кажется, что мальчикам поступать в артисты нужно много позже. Вот мне в 17 лет было рано, потому что я вообще не понимал, где у меня руки, где у меня ноги, где у меня голова, куда всё это деть, чтобы мне это не мешало? Что вообще играть и главное, чем играть? Не понятно было всё. Не понятно было что такое «я в предлагаемых». Не понятно было, потому что я не знал, что такое «я». Не потому, что я не знал, что такое «в предлагаемых», а где оно «я» находится, в этих предлагаемых, я не мог понять.
- Многострадальное «я» Даниила Страхова 4 года числилось студентом в «Щукинского» театрального. Предлагаемые обстоятельства в виде московской прописки и собственной жилплощади Даниил отверг сразу. Комната в общаге куда перспективнее: девчонки за стенкой, сухое красное за шкафом, сосед-однокурсник - свой человек. Главное – атмосфера. В перерывах между историей театра и историей костюма Даниил вершил свою историю: стиляги и дельца. Никакого бизнес-плана. В ход шли актёрские способности и природное обаяние.

Страхов: - С Аркашей Пятницким приторговывали брэндовыми очками. Они тогда только появились и не везде их можно было взять. В группе Аркадий нашёл какой-то способ доставать их по одной цене, а ставить в магазин по другой. И мы какое-то время  довольно безбедно существовали на какой-то совершенно простой спекуляции. Работал официантом в ресторане «Семирамис». Быть официантом у меня плохо получалось. Гордыни тогда было очень много, сфера обслуживания подразумевает как минимум твою демократичность по отношению к окружающим. А учитывая ещё то время, когда пальцы гнули не только люди в кожаных куртках, а все. Просто все гнули пальцы, кому не лень. Даже люди артистического круга. Тяжело было как-то приноровиться. Жизнь, она не лежала в сфере интересов заработать бабки. Она лежала в сфере стать артистом. Сделать отрывок, сыграть роль, выпить вина. То есть, деньги нужны были только на это, чтобы поддерживать какое-то существование отчасти весёлое, отчасти беззаботное.
Осенью 2001 года в «Театре на Малой Бронной» только аншлаги. Ещё бы, неординарный режиссёр Житинкин неоднозначного Оскара Уайльда поставил с неизвестным Даниилом Страховым в главной роли. После премьеры «Дориана Грея» у столичных театралов появился новый кумир. Профессионалы тоже талант признали. Дебютант стал лауреатом престижной театральной премии «Чайка» в номинации «Роковой мужчина». Ради этой роли роковой мужчина сел на диету и перед каждым спектаклем в гримёрке бицепсы качал. Высокохудожественные пропорции публика оценила, а тонкий профиль и томный взгляд не только прекрасную половину зала.

Отрывок из спектакля «Портрет Дориана Грея»
Страхов: - Вообще, весь Оскар Уайльд такой. Его без «этого» нет. Этот вопрос: «Он наш или он не наш?» Задавали мне, быть может, косвенно, скорее задавали людям вокруг меня. Меня это давно не раздражает. Это является какой-то одной из моих вечных спутниц. Это как раз, неким образом, бравировалось, пока я играл Дориана Грея. Это было, да. И приходили какие-то люди в зал, и приносили цветы. Но это ж тоже люди. Что касается критики по поводу Дориана Грея, я в общем-то, на самом деле с ней абсолютно согласен. Я не считаю, что я эту роль сыграл блестяще. Нет. Это был такой провокационный, достаточно плакатный, гламурный спектакль с хорошими, с не очень хорошими сценами. Это давно уже не я и сыгранная мной роль осталась где-то там. Вообще, театральная тусовка – это довольно закрытый мир, из которого раз вылетев, сложно вернуться обратно. Вот я из него выскочил и обратно вроде как особо и не зовут. Особо я не нужен потому что на твоё место приходят другие люди, которым тоже нужно играть и которые, не факт, что сыграют хуже.

Одинокие женщины желают познакомиться. У Даниила поклонниц не один фанклуб. И почти каждая мечтает стать его невестой. А кумир-то уже давно не жених, а муж. В брак с однокурсницей Марией Леоновой Страхов ещё студентом вступил. Вступил без лишних церемоний. Для тожественной церемонии в зал приглашаются! Приглашённые явились в кедах. Ни платья в оборках, ни костюма с иголочки. Молодожёны даже традиционным рестораном пренебрегли.: пачка пельменей, пара бокалов вина на кухне – вот и весь банкет.
Страхов: - Моя история с Машей – это раз и навсегда, когда ты понимаешь, что любовь с первого взгляда бывает. Как в кино я вошёл в первый раз в аудиторию симоновской студии, увидел Машу и почувствовал, что вот это мой человек. Это было по-юношески честно, как в первом классе, понимаете на всю жизнь. Вот наверное, какая-то осталась школярская какая-то романтичность, которая, возможно и растопила Машин лёд.

Отрывок из спектакля «Безотцовщина»
Страхов: - Как только мы оказываемся вместе на площадке или вместе на одной сцене, возникают какие-то волны: «Они вместе. Он привёл жену…» Или там ещё что-то. Любые разговоры: «Почему вы не работаете вместе» утыкаются в одно: «А почему мы должны работать вместе?» Меня приглашают на ту или иную пробу и Машу приглашают на ту или иную пробу. Меня утверждают, а Машу почему-то нет. Конечно, ей как актрисе тяжело. Тут лукавить нечего. Тяжело. Тут любой такой союз людей одной профессии влечёт за собой… потому что всегда один впереди, другой ссади. Как правило. Не бывает так, чтоб прямо  нос в нос идут. Тут главное понять одно – это актёрский брак или это брак человеческий?

Кадр из фильма «Грозовые ворота»
Популярный артист Даниил Страхов на сериальные страсти больше не разменивается. Не соглашается ни на гламурных мерзавцев, ни на баронов-красавцев, ни на, упаси, Бог, на героев-любовников. Предпочитает штучный кинопродукт многосерийному конвейеру. Отныне в его фильмографии только полнометражные свидетельства серьёзной актёрской работы.
Страхов: - Пропав из вот такого повседневного эфира, я вдруг увидел – люди наконец забыли Корфа, перестали меня индефицировать с этим эфирным прайс-листом. Я из него вылетел, Вылетел из всех этих топов. Постольку, поскольку я сделал это сознательно, я к этому психологически более-менее готов. Но для артиста это, в принципе, история очень сложная. Я понимаю многих, которые боятся, что это с ними произойдёт завтра, поэтому они идут туда, они отказываются от этого. А сейчас, в связи с тем, что 60-70% картин закрылось, остальные душат на ладан. Безусловно это всё неприятно. И ты начинаешь думать, а что ты, собственно говоря, кроме этого умеешь?

Штирлиц часто заходил в этот подвальчик под названием «Элефант». В этот день московское командование устроило ему здесь встречу с женой. Над этой легендарной сценой из «Семнадцати мгновений весны» рыдало не одно поколение. 35 лет назад, когда фильм вышел на экраны в часы показов даже потребление воды в стране падало в десятки раз. Не отвлекаясь на бытовые мелочи, зрители следили за судьбой молчаливого разведчика. Сцена в кафе «Элефант» стала классикой отечественного кино, а Вячеслав Тихонов кумиром не одного поколения. Даниил Страхов родился через 3 года после премьеры и, разумеется, как все видел фильм десятки раз. И, разумеется, как все, играл в детстве в разведчиков. А в 32 года сыграл Штирлица по-взрослому. Снялся в главной роли в телевизионной саге Сергея Урсуляка под рабочим названием «Исаев». Фильму о молодых годах Штирлица пророчат судьбу самого главного проекта сезона.
Страхов: - «17 мгновений весны» был одним из моих любимых фильмов. Тихонов не то, что бы прямо мне тут приснился, да и сказал: «Иди в артисты». Такого, конечно не было идиотизма. Но некий пример старшего, человека, с которого не стыдно брать пример. Мы с Сергеем Владимировичем определили, что никакого молодого Тихонова не играем. Что он - не молодая Татьяна Лиознова, не Татьяна Лиознова в Мужском платье, а я не Тихонов 20 лет назад. Никакой попытки скопировать его: жесты, какие-то фирменные взгляды у нас не было. Единственное, что являлось моей задачей – это попробовать сыграть то, что потом через 20 лет отразится в его в бездонной печали, которая идёт через всю его игру на протяжении 12 серий.

Кадр из фильма «Исаев»:
Страхов: - Когда я увидел Урсуляка, я впал в безумный совершенно какой-то зажим под названием «Наглость». Я ему начал почему-то рассказывать о том, что за 5 минут до нашей встречи в этом кресле сидел другой режиссёр, что я такой вот занятый, перезанятый. Нёс какую-то ахинею. Потом, когда спустя полгода мы уже снимаемся, он мне начал рассказывать, как я себя вёл, я закрыл вот так же лицо руками от стыда и сказал ему только одно: «Боже мой, почему же вы меня взяли?» Потому что 99% режиссёров при таком поведении артиста сказали бы: «да пошёл он…». За время этого проекта я работал с таким количеством новых партнёров и каждый из них это артист с большой буквы. У Урсуляка других не бывает. Для меня главной задачей было соответствовать, не затереться, не затеряться. Когда ты в одном кадре с Маковецким, не может не возникнуть понимание того, что уж кто, кто, а этот тебя переиграет только на раз-два-три…Это потом ты вот отработал и сиди у себя дома и съедай себе руки по локоть и переживай: переиграл тебя Маковецкий, не переиграл Маковецкий? И так далее. А во время работы на площадке об этом уже думать не надо, нужно дело делать.
Я не хочу тут надевать на себя какие-то мученические одежды и говорить: «Нет, всё было иначе, просто я не всё вам рассказываю. Я просто достаточно закрытый человек и никогда этого не скрывал. Да, я не всё рассказываю. Мне хватало в моей жизни душевных и духовных переживаний, которые очень сильно изменили меня внутренне. На сколько это видно со стороны, не мне судить. Если я произвожу впечатление благополучного человека, ну почему нет? У меня есть любимая жена, у меня есть любимая работа. То, что мне чего-то не хватает в этой жизни, слава Богу, потому что если бы у меня было всё, мне можно было бы успокоиться и уйти на пенсию.

Урсуляк: Вот такая вот история.
А вас, Страхов, я попрошу остаться! А вот вас, пожалуй, вырежем. Маэстро Урсуляк на монтаже беспощаден. Что делать? Искусство требует жертв. В фильм о молодых годах Штирлица войдут только самые яркие эпизоды. Одной из ударных сцен должна стать встреча молодого ротмистора Исаева с будущей женой Сашенькой. Той самой, которая через 20 лет будет ждать его в кафе «Элефант». Удалось ли Даниилу Страхову сыграть то, о чём Штирлиц потом так органично молчал в легендарном семиминутном эпизоде, зрители смогут оценить осенью 2009 года, когда картина выйдет на экраны. Но уже сейчас, те, кто видел черновые материалы фильма, утверждают: «С таким Исаевым в разведку идти можно». Это же курс личности, значит только вперёд.